понедельник, 21 января 2013 г.

Были ли ошибки у Николая II ?



Москва, 21 января - Наша Держава (Олег Возовиков). Недавно на страницах «Злых Русских» нам уже доводилось писать о Императоре Николае Александровиче Романове, характеризуя последнего законного главу Российского государства как человека «своей эпохи», максимально современного, а в чём-то даже опережавшего своё время. Поговорим сегодня об ошибках его правления. Надо заметить, что трагические цареубийства, связанные с революциями, забирали далеко не худших монархов. Так, Карл I Cтюарт был сноб, аристократ, но очень любил Англию и заботился об английских интересах. Луи XVI Бурбон был очень народолюбивым монархом, прекрасным семьянином, любил свою супругу, как и она его. Николай Александрович также был хорошим семьянином. При этом хорошими семьянинами были и Николай I, и Александр III, но именно к семье последнего императора династии Романовых применимо слово «идеальная». По сути, семья Николая II — это икона семьи.

Мы уже отмечали, что Государь Император был блестяще образован, имел высшее юридическое и высшее военное образование и был вполне компетентен в этих вопросах. Требовать от него, чтобы он был великим полководцем, бессмысленно, ибо для этого есть полководцы (в Первую мировую такого понятия и не было уже, а единственным полководцем, который не проиграл ни одного сражения в этой войне, был Николай Юденич). Но при этом заслуга Государя, как главнокомандующего, безусловно, есть. Она — в создании атмосферы в армии: поднятие духа, утверждение принципов иерархии. Заметьте: наша армия понесла меньшие потери, чем противники. Все разговоры о том, что трупами заваливали врагов — ложь! Общие потери нашей армии оказались больше только за счет того, что много оказалось военнопленных в период Временного правительства.
Да, у династии Романовых были ошибки по отношению к господствующему в империи русскому народу. Правду, даже горькую, всегда следует говорить. Когда мы занимаемся вместо истории розовыми слюнями и боимся указывать на ошибки и конфликты, мы тем самым подрываем искреннюю веру. Это всегда лазейка для атаки противника. Не надо допускать грязь и непочтительность, но ошибки признавать надо. Были ошибки и у Николая II. Например, страшной ошибкой была посылка русских батальонов во Францию. Они там были лучшими, получали ордена, но они же там и проливали свою русскую кровь.
Был ли последний император виноват в произошедшей революции 1917 года? Да, был. Он вёл себя мягче и человеколюбивее, чем вели себя либеральные и уже тогда почти безбожные европейские правители. Какие ещё забастовки в военное время?! Надо было провести закон, что все рабочие призываются на военную службу! И на рабочих местах не было бы ни одной забастовки, потому что, когда ты солдат, забастовка означает расстрел. Либеральная Англия ведь так и поступила, мобилизовала на время войны рабочих на их рабочих местах. Можно было бы, по условиям военного времени, прижать независимую (правда, зависимую от других, нерусских капиталов) прессу. Французы, самые демократичные во всей Западной Европе — прижали. Когда началась война, во Франции были созданы специальные зондеркоманды, которые должны были превентивно, при первом же сигнале арестовать возможных оппозиционеров. Не революционеров — оппозиционеров! Никого не арестовали, потому что никто не посмел. Все миролюбцы сидели тихо.
Наконец, можно было решительно сопротивляться заговору, который загонял Государя в угол и даже дошёл до фактического его ареста (псковского), в результате безусловного прямого предательства — нарушения присяги — генералом Рузским. Потому что даже в той ситуации, когда царский поезд, страшно подумать, был лишен возможности передвигаться в направлении столицы, царь мог сопротивляться. Это очень легко себе представить.
…В поезде дряхлый старик, но мужественный при всей своей дряхлости, беззаветно преданный Государю, министр двора барон Фредерикс, государственный чиновник. Учтите обстановку того времени: государственный чиновник, который был вправе утвердить любое решение Государя (не сомневайтесь, Фредерикс утвердил бы!), ратифицировать в отсутствие палаты. В поезде лично преданный Государю его флаг-капитан свиты контр-адмирал Нилов, и в поезде конвой — конвойные казаки, которые пойдут за царя на смерть, если царь прикажет. Представьте: в салоне с Государем генерал Рузский, который грозит, чуть ли не крича на своего Императора. А Нилов стоит в коридоре… Можно было просто крикнуть: «Нилов!», Нилов появился бы в секунду. «Конвой сюда! Рузского повесить на телеграфном столбе!» — и повесили бы, между прочим. Быстренько и скоро казаки умеют. А Фредериксу, после того, как в петле задрыгался предатель Рузский, приказать дать циркулярную телеграмму: «Управляю страной, командую армиями, Рузского повесил, Николай».
Но не требуйте от человека, воспитанного в XIX веке, чтобы он вёл себя как человек, воспитанный в XX веке или в XVIII. Императрица Елизавета Петровна так бы и поступила. Даром что дама, но она-то была человеком XVIII века (и она победила). Но не только Император Николай, даже такой святорусский богатырь, как отец его — Император-миротворец Александр III — внутренне не решился бы отдать такой приказ. Не так они были воспитаны — это не недостаток и уж тем более не грех, это время, когда хотя бы на словах декларировали милосердие (к сожалению, называя его нехорошим словом «гуманность»). Император Николай был милосерден.
В «кровавом воскресенье» он был виноват меньше всех — это была совершенная и удачная, одна из самых удачных в мировой истории (в данном случае эсеровская) провокация, причём провокация «двусторонняя». Стрелки эсеров были в толпе. Если бы император оказался в столице (а его в столице не было, он был в Петергофе), и вышел бы к народу, убийцы застрелили бы его, и был бы вбит страшный клин между самодержавием и нацией. А раз его не было, значит, будут стрелять в народ, и тоже будет вбит клин между самодержавием и нацией. Беспроигрышная одноходовая комбинация! Редко у мерзавцев удается такое.
В этой комбинации участвовал загадочным способом либеральный министр внутренних дел князь Святополк-Мирский. Он налгал собственному Государю, что в столице всё спокойно. Он точно знал, что будет шествие, он не мог не знать. Три инстанции как минимум ему доложили, ошибиться могла одна из трёх, но не все три — так не бывает. И что же? Царь уволил Мирского в отставку. А надо было отдать под военный суд! Было за что. Вы подумайте на секунду. Министр в острейшей ситуации лжёт главе государства. Можно ли в этом обвинить Государя?
Николай назначил русским представителем в 1905 году в окончании Японской войны проверенного чиновника и министра графа Витте. Витте окажется мерзавцем и предателем Государя и интересов России, заключит необоснованный проигрышный Портсмутский договор, в то время как Япония изнемогала под тяжестью войны и не могла её продолжать. И что же? Милосердный государь благословил Витте и сделал его графом. Но почему? Порядочный человек всегда (задумайтесь над этим!) полагает, что человек, которого он встретил, а тем более, который с ним служит, тоже порядочен. Это мы сейчас привыкли, нас современная пресса приучила к тому, что министр конечно, непорядочен, журналист, конечно же, получил на лапу и вообще политика дело грязное. Хорошему человеку не следует заниматься политикой. А для чего говорится вам, что политика — дело грязное? Для того чтобы порядочные, чистые люди (которые и должны-то!) не занимались политикой.
Император Николай Александрович думал иначе. И он был прав, ибо у христианина этика — продолжение его вероисповедания, его веры. А политика — продолжение этики. Так жил, так действовал император Николай. Нет, не можем, не смеем его упрекнуть. В ошибках — да. Но не в преступлениях. И вместе с тем должны всегда помнить: это было царствование, которое дало очень много, дало последнего великого государственного деятеля в истории России — Петра Аркадьевича Столыпина. И кстати, других блистательных министров, которых подбирал сам Государь: министр финансов Владимир Коковцов, главноуправляющий земледелием Кривошеин, министр земледелия Риттих и так далее. Их ведь тоже выбирал Государь.
Даже одно то, что Император в относительно молодом ещё, невзрачном (не внешне, конечно — в глазах двора) саратовском губернаторе (правда, родовитом земельном дворянине) Петре Аркадьевиче Столыпине нашёл последнего великого государственного деятеля отечественной истории, даже если бы он одно это сделал — он доказал бы, что он на своем месте. А ведь кроме этого Николай Александрович дважды пытался предотвратить мировую бойню, предлагая самоограничение государств в вооружениях. Это идея Николая II. А превентивным договором с кайзером Германии Вильгельмом II на рейде в Бьёрке он пытался остановить создание противостоящих военных блоков, то есть, по сути дела, остановить Первую мировую войну (или Великую войну). Европейские правительства и государи не поддержали Императора Николая.
Он не был великим государем, но выдающимся был. Удивительно тонко чувствующим всю мировую политику — был. Но износилось русское общество. Поэтому говорить, что император был «слабенький», «подкаблучник» — бессмысленно. Это ложь. Тот, кто продолжает распространять ложь, чаще всего злодей. Тот же, кто повторяет за злодеем — несомненно, дурак.
Цареубийство — тягчайший грех. Но мы с вами его не совершили (если у вас нет прямых предков, которые были бы причастны к цареубийству). Поэтому каяться в этом не надо. Каяться мы должны в другом. Мы допустили цареубийство. Мы допустили падение монархии. Ведь монарх даже ограниченный, даже с парламентом, даже, что было совершенно не обязательно, с конституцией (англичане живут без конституции и неплохо себя чувствуют), исполняет одну важнейшую роль: он символ народного единства. Всегда. И символом народного единства был наш последний Государь Николай II. И всё ведь для этого делал. Как напишет видный публицист XX века Иван Лукьянович Солоневич (в "Народной монархии"): «Вам что, самодержец мешал заниматься кооперацией или физкультурой? — не мешал. Лишили вас Государя. Ваша вина». И тут же всё пошло в разнос в матушке-России. Откуда-то Украина появилась. Откуда-то Беларусь. А потом даже смешное получилось, что часть русских земель назвала себя суверенным Казахстаном (такого-то и слова при Государе не знали, и даже ни один казах такого слова не знал). Вот в этом мы виноваты. И мы всё-всё должны восстановить.
…А Государь смиренно принял свой мученический крест. Чем и возвысился до высот небесных. Мы не защитили Государя. И он не смог нас защитить. Это — факт. Но помните (и это тоже — факт): с этой страшной даты 2/15 марта у нас не было ни одного русского правительства. Николай был последним. Законным правителем был Верховный правитель адмирал Александр Васильевич Колчак, тоже по существу мученик. Но он до столиц России так и не добрался. Он лишь пытался, безнадежно пытался восстановить Россию, которая лишилась Царя.
Некоторым сегодня хочется снять тему Государя, тему монархии. Или бездумно, бездоказательно, по-холопски ругать монархию вообще (и аристократию, заодно — исключительно из холопского отсутствия чувства ранга и иерархии), или просто похвалить («ах, да, царь-батюшка, ах, гусары, юнкера, балы да графья!») и… забыть. Как, например, сделали французы. Им легко написать про Людовика XVI, дескать, был такой хороший монарх, но это всё древность. Но мы — русские — не в таком положении, мы этнически моложе французов лет на 400, и к тому же на французах не лежит никакой миссии. А мы свой долг так и не выполнили. Мы от него уклонились — тогда, в страшные месяцы 1917 года. И ничего у нас не получается без Государя. Наша демократия, такая же древняя, как и наша монархия, всегда опиралась на Государя, а не на партии. И земства существовали только потому, что их гарантией и основанием был Государь. У нас единства не может быть без Государя, потому что все империи — монархии. Государь — символ единства, и, покуда был Николай II, Россия была едина при своих более 200 различных народах, включая самые малые (некоторых из «малых» уже нет, стараниями революционеров). Русская монархия не уничтожила ни один народ.
К тому же юридически мы имеем право считать, что Россия — монархия, так как нет ни одного акта, упраздняющего её. Последний и. о. правителя (он один день правил, и отказался быть Государем), великий князь Михаил, оставил решение вопроса (монархия или республика) Учредительному собранию, которое не состоялось. Более к этому вопросу никто не возвращался. Поэтому Россия по-прежнему монархия, но пока у неё нет монарха. И юридически мы должны стоять на этих позициях. В истории такое бывало. Англия во время революции оставалась королевством, и наследный принц Карл, как только отрубили голову его отцу, стал Карлом II Стюартом, просто временно не правил. Испания при генералиссимусе Франсиско Франко была монархией, просто не было монарха. К концу правления Франко монарх появился. К России нужно относиться именно так. У нас просто перерыв. Перерыв, который слишком затянулся.

 

Комментариев нет:

Отправить комментарий